08 júla 2011

Антон Павлович Чехов: Дядя Ваня

Войницкий. Проснуться бы в ясное, тихое утро и почувствовать, что жить ты начал снова, что все прошлое забыто, рассеялось, как дым. (Плачет.) Начать новую жизнь… Подскажи мне, как начать… с чего начать…
Астров (с досадой). Э, ну тебя! Какая еще там новая жизнь! Наше положение, твое и мое, безнадежно.
Войницкий. Да?
Астров.Я убежден в этом.
Войницкий. Дай мне чего-нибудь… (Показывая на сердце.) Жжет здесь.
Астров (кричит сердито). Перестань! (Смягчившись.) Те, которые будут жить через сто, двести лет после нас и которые будут презирать нас за то, что мы прожили свои жизни так глупо и так безвкусно, — те, быть может, найдут средство, как быть счастливыми, а мы… У нас с тобою только одна надежда и есть. Надежда, что когда мы будем почивать в своих гробах, то нас посетят видения, быть может, даже приятные. (Вздохнув.) Да, брат. Во всем уезде было только два порядочных, интеллигентных человека: я да ты. Но в какие-нибудь десять лет жизнь обывательская, жизнь презренная затянула нас; она своими гнилыми испарениями отравила нашу кровь, и мы стали такими же пошляками, как все.



Anton Pavlovič Čechov: Ujo Váňa
Vojnickij: Zobudiť sa v tiché, jasné ráno a pocítiť, že som začal žiť odznova. Že celá minulosť je zabudnutá, rozplynula sa ako dym. Začať nový život. Poraď mi, ako začať. Čím začať?
Astrov: Ale choď! Aký tam nový život. Či ty, či ja, obidvaja sme beznádejné prípady.
Vojnickij: Myslíš?
Astrov: Celkom iste.
Vojnickij: Daj mi niečo! Tuto ma páli, dnu, v srdci!
Astrov: Prestaň! Tí, čo budú žiť o sto, o dvesto rokov po nás a budú nami pohŕdať za to, že sme prežili svoje životy tak hlúpo a nechutne, tí možno budú vedieť, ako dosiahnuť šťastie. V celom okolí boli len dvaja slušní a inteligentní ľudia, ja a ty. Ale stačilo desať rokov a tento špinavý život nás úplne pohltil. Otrávil nám krv svojou plesňou a teraz sme práve takí tuctoví ako všetci ostatní.

Žiadne komentáre: